Россия не могла блокировать внесение данного вопроса в повестку дня как из морально-нравственных, так и из перспективных политических соображений.

Дело в том, что Москва в 2015 году сама добивалась и добилась утверждения Минских соглашений решением Совета Безопасности ООН. Это позволило посадить Украину на крючок международной легитимности. Желавший соскочить с темы Киев больше не мог заявить, что не считает себя связанным какими-либо договорами с «террористами-сепаратистами» и что он им ничем не обязан. Решение Совбеза также зафиксировало, что Россия не является стороной конфликта. Киев после этого много кричал, суетился, саботировал выполнение всех без исключения пунктов Минских соглашений, но официально выйти из них так и не решился.

Но любая медаль имеет две стороны, в любой хорошей ситуации можно найти что-то плохое, а в любой плохой — что-то хорошее. Так и здесь, закрепляя свою позицию решением Совбеза, Россия не могла без серьезных репутационных потерь отказать Совбезу в праве рассмотреть выполнение решений, утвержденных его резолюцией.

Естественно, Совбез не мог принять антироссийскую или антидонбасскую резолюцию, в связи с наличием у России права вето. Но пять стран — членов Совбеза (Франция, Нидерланды, Польша, Швеция и Великобритания) выступили с заявлением о непризнании готовящихся в Донбассе выборов и призвали Россию отменить их. Заявление поддержали Германия, Италия и Бельгия. Странно, что среди заявителей не оказалось США. Впрочем, это позволяет преподносить заявление как коллективную позицию Евросоюза, Вашингтон же получает возможность высказаться в поддержку своих союзников позднее, пока же предпринять очередную попытку закулисного торга с Москвой.

Формально правы обе стороны. Украина и ее евро-американские ходатаи указывают на то, что выборы в Донбассе согласно Минским соглашениям должны пройти по украинским законам и проведение их сейчас будет нарушением Минска. Народные республики, позицию которых поддерживает Россия, заявляют, что так-то оно, конечно, так, но Украина должна была давно уже принять целый комплекс законодательных актов и осуществить прочие меры, включая отвод войск и прекращение обстрелов, прежде чем придет очередь Народных республик соблюдать украинское избирательное законодательство.

Судя по отдельным пассажам выступления российского полпреда в ООН на Совбезе, Москва предлагает рассматривать эти выборы как простую легитимацию глав республик, которые в отличие от своих предшественников никем не избирались. Западу предлагается смотреть на данные выборы как на решение чисто технической проблемы. На стороне Москвы тот козырь, что глава ДНР Захарченко был убит и обвинения в организации убийства предъявлены официальным киевским структурам.

Европа, однако, не захотела принимать аргументы России, о чем свидетельствует заявление восьми государств ЕС. Это, конечно, может быть и обычный дипломатический демарш без последствий — занятие выгодной позиции для торга в большой глобальной игре. Но может быть и более серьезное начинание, которое в результате приведет к реализации киевской мечты о дезавуировании Минска, но по причинам, совсем не радостным для Украины.

Мы помним, что Германия и Франция совсем не огорчились, когда Россия заморозила встречи в нормандском формате впредь до занятия Украиной более конструктивной позиции. Они вздохнули свободно, ибо Киев надоел им хуже горькой редьки, и уселись в первом ряду партера смотреть, как будет выкручиваться из ситуации Волкер. Но они остаются гарантами Минских соглашений. Всем давно понятно, что Минск никогда не будет выполнен. Киев не скрывает от Запада, что боится эффекта домино в случае предоставления особого статуса Донбассу. Но просто заявить: «Мы передумали, Минск больше не действует», — Париж и Берлин не могут. По той же причине, по которой Россия не может отказать Совбезу ООН в праве периодически рассматривать вопрос выполнения Минских соглашений. Франция с Германией сами настаивали на этих соглашениях, участвовали в их выработке, заявляли, что это их большая победа. Политические потери как стран, так и их лидеров от смены позиции будут слишком велики.

Чтобы снять с себя обязательства по урегулированию украинского кризиса, необходим повод. Если нельзя выйти из соглашения по собственному желанию и нельзя позволить, чтобы его разорвал поддерживаемый Западом Киев, необходимо переложить вину на Россию и Народные республики.

На Западе прекрасно понимают, что отказ от проведения выборов в Народных республиках под явным давлением нанесет существенный ущерб российскому международному авторитету. Поэтому действуют максимально публично, вплоть до коллективных заявлений по итогам заседания Совбеза ООН, закрывая Москве опцию передумать и в очередной раз «перенести» выборы. После того как выборы пройдут, Запад может отказаться признавать Пушилина и Пасечника участниками переговоров, в связи с непризнанием выборов, на которых они были избраны. Также могут не признаваться подписанные ими полномочия иных делегатов на переговорах. Этого достаточно, чтобы похоронить Минский процесс под совершенно благовидным предлогом.

Но только если Запад это сделает, то вовсе не затем, чтобы начать новый раунд переговоров и прийти к более приемлемым для Киева компромиссам. Если бы Украину хотели спасти, Германии достаточно было бы остановить строительство «Северного потока — 2» и не мешать Польше парализовывать работу «Северного потока — 1». Геополитическая ситуация вокруг Киева сразу бы существенно изменилась, и шансы пусть в нищете, но протянуть лет пять, пока бы Россия искала для своего газа новые рынки и пути доставки, у режима резко выросли бы. Но Германия изначально не планировала идти на такие жертвы, что и давало нам право утверждать, что судьба Украины, в принципе, решена, поэтому киевскому режиму лучше помирать сразу, ибо долгая агония лишь увеличивает мучения.

Западу в целом и Европе в частности необходимо соскочить с токсичной темы, поскольку уже ясно, что Россия скоро поставит вопрос, кто будет платить за восстановление Украины, как уже поставила такой вопрос по Сирии. К тому времени как такой вопрос прозвучит из Москвы, необходимо не иметь с украинским кризисом никакой формальной связи. Разрушение Минского и Нормандского форматов — формально не по своей вине — позволяет Франции и Германии дистанцироваться от проблемы, сохранив при этом руку на пульсе. Ведь Польша, Венгрия, Румыния не смогут уйти от пограничных проблем, связанных со своими меньшинствами на Западе Украины. Значит, ЕС все равно будет вовлечен в урегулирование. Но Германия и Франция будут свободны от обязательств и смогут продиктовать своим младшим партнерам по ЕС условия поддержки их позиции, угрожая в случае строптивости оставить их наедине с проблемой.

С этой же точки зрения следует рассматривать и Азовский кризис. Год Запад не замечал проблему, и вдруг Европарламент ею озаботился, притом что даже на Украине признают, что хоть экономические потери от российских действий в Азовском море и велики, действует Москва в полном соответствии с международными нормами, нарушения протоколов российскими досмотровыми группами ни разу не фиксировались.

Ничего экстраординарного в действиях России нет. США досматривали суда, идущие на Кубу, далеко не только в дни Карибского кризиса. Израиль досматривал суда, шедшие в Ливан и сектор Газа, что даже вызвало дипломатический инцидент и охлаждение прежде отличных отношений с Турцией. Таких примеров можно привести массу: право досмотра военным кораблем торгового судна в открытом море — азбука международного права.

Тем не менее Европарламент заговорил о возможном обострении в Азовском море и стал грозить санкциями.

Кто обострять-то будет? России незачем, Украина не может, а больше никого там нет. Досужие «эксперты» уже заговорили о входе «флота НАТО» в Азовское море. Те, кто поумнее, говорят о его входе в Чёрное море, понимая, что в Азовское любой военный корабль может пройти только с разрешения России, а прорыв, да еще целого «флота НАТО» — это война. К тому же, крупные корабли туда прорваться все равно не могут, а мелких катеров и надувных лодок Украина без всякого НАТО может завезти в Азовское море сколько хочет сухим путем. Только это ничего не изменит, поскольку Россия может утопить в этом море всё, что по нему плавает. Эта акватория насквозь простреливается с берега ствольной артиллерией, не говоря уже о ракетных комплексах. Если кто-то хочет начать войну с Россией, он найдет более удобное место, чем Азовское море.

В Чёрное море корабли НАТО для демонстрации флага заходили, заходят и будут заходить. Там учения Си Бриз (Sea Breeze) проводятся ежегодно, но, имея непотопляемый авианосец Крым, Москва настолько надежно господствует в его акватории, что гипотетическая атака России силами действительно крупной эскадры или ударного авианосного соединения возможна не ближе, чем из района Эгейского моря. В Чёрном море враждебный России флот становится слишком уязвим. Маневрировать в виду Крыма ему негде, и быстро уйти в случае опасности он не может — турецкие проливы крупное соединение кораблей в одночасье не преодолеет.

Так что всё это сказки в пользу бедных. Несуществующий Азовский кризис выдуман, чтобы, с одной стороны, мобилизовать русофобских избирателей в ЕС к выборам депутатов Европарламента в мае 2019 года, с другой — этот шум прикрывает реальные действия Запада, позволяет ему дрейфовать от Украины, имитируя ее всеобъемлющую поддержку.
Иначе трудно объяснить, почему Запад не видел опасности обострения ситуации целый год (когда она реально существовала), но увидел именно сейчас, когда проблема обрела решение. Рыбаков «Норда» обменяли на отловленных Россией украинских браконьеров. Осталось обменять капитанов, затем суда, и кризис рассосётся. Особенно если Киев не забудет вслед за «Нордом» вернуть «Механика Погодина».

Кстати, судя по всему, в Киеве заподозрили неладное, поскольку комментарии украинских официальных лиц по поводу Азовского кризиса на диво взвешенные, особенно на фоне истерики Запада. Даже договор по статусу Азовского моря киевский режим не хочет денонсировать, вопреки своему обыкновению разрывать все договоры с Россией. Впрочем, режим сейчас сконцентрировался на уничтожении УПЦ МП и создании ручной «поместной церкви». Ему не до Азовского моря.