Россия и Турция: лучший вариант из возможных — заморозка отношений

Иллюстрация: www.pravda.ru

Иллюстрация: www.pravda.ru

Перспективы развития российско-турецких отношений обсудили представители экспертного сообщества на конференции, организованной Центром востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии. Конфликт между государствами произошел после того, как турецкие ВВС сбили над территорией Сирии российский бомбардировщик Су-24. Дальнейшее развитие событий показало истинное лицо Анкары – вскрылись факты поддержки с ее стороны террористов запрещенного в России «Исламского государства», доказательства приобретения Турцией нефти у боевиков и ее участия в поставках химических материалов, из которых экстремисты изготавливают самодельные взрывные устройства.

Прогнозы экспертов по поводу дальнейших перспектив взаимодействия не очень радужные. При самых благоприятных обстоятельствах, отношения Москвы и Анкары войдут в период застоя. Это в комментарии для «Политаналитики» отметил директор Центра востоковедных исследований, международных отношений и публичной дипломатии, кандидат политических наук и модератор прошедшей конференции Владимир Аватков:

— Исторически между Россией и Турцией всегда были сложные отношения. Между двумя странами произошло большое количество войн, кровопролитных столкновений, в первую очередь, из-за геополитических противоречий, а также под влиянием извне. То есть, это влияние извне зачастую нас и подталкивало к войнам. Кроме того, две империи, находившиеся рядом, не могли не сталкиваться. С другой стороны, Россия и Турция являются евразийскими державами, расположенными по соседству. Соответственно, нам так или иначе необходимо взаимодействовать. Однако ключевой момент в этом взаимодействии – не строить иллюзий, не создавать романтические мечтания в отношении друг друга, а четко представлять, что Турция является членом НАТО, у нее своя очень активная и агрессивная внешняя политика новоосманского толка. Турция весьма энергично пытается влиять на российские регионы, на бывшее постсоветское пространство, и нам нельзя это не учитывать.

Мы должны разработать такую же активную политику в отношении Анкары: действовать как на мировой арене, так и работать с различными субъектами турецкой политики, с оппозиционными партиями. Если Эрдоган не стеснялся ездить в Татарстан, то нам нужно работать с турецкими регионами, с турецкими меньшинствами. Мы должны предпринимать не только защитные меры в отношении деятельности турок на территории России, но и проводить свою информационную политику на территории Турции, и тогда нас ждет успех. Мы должны выработать четкую стратегию, основанную на понимании того факта, что друзей и врагов в политике нет, есть только интересы. Мы должны действовать, исходя из своих интересов и понятий о ценностях, поскольку для турок эти категории также имеют значение.

Как я уже говорил на конференции, заморозка отношений между Россией и Турцией – это, очевидно, лучшее, чего мы можем ждать. Совсем не стоить ждать извинений от руководства Турции, оно считает, что оно право. К налаживанию отношений Анкара готова, но она не понимает всей ситуации. Она четко придерживается внешнеполитических амбиций, и действует, исходя из них. Идея «великой Турции» до сих пор витает в головах очень многих, но сейчас позиция России и США по прекращению огня на территории Сирии может охладить пыл турецкого руководства. Повторюсь, самое лучшее, чего можно ждать – это заморозка отношений, в том виде, в каком они есть. Пока в Турции не придет к власти другой человек – тогда, я надеюсь, начнется перезагрузка. На это есть шансы.

Американцы действительно внушили Эрдогану, что он – лидер, надеясь, что это сохранит его в лоне политики США, и тогда его можно будет столкнуть с кем угодно. Американцам выгодно столкновение России и Турции, чтобы они в общемировых политических процессах не участвовали. Если возникает хоть малейшая возможность их участия, то США будут в стороне, и вряд ли они будут поддерживать амбициозные проекты Эрдогана.

Но столкнуть нас, столкнуть Эрдогана с Сирией, столкнуть Эрдогана с Ираном для Америки было очень важно с точки зрения своих интересов в регионе. Вообще, им выгодны любые столкновения, которые ослабляют сильных региональных игроков. Иначе Турция была бы одной из ведущих и стабильных стран. А сейчас Турция наполнена беженцами, игиловцами, внутри страны постоянно совершаются теракты, уровень безопасности никакой, экономика падает, и все это благодаря амбициозным проектам, которые были внушены, в том числе извне.

Отдельный вопрос вызывают курды. Вероятность, что они получат возможность создать свое государство, на самом деле мала. Надо подходить к проблеме реалистично. Курды сирийские, иранские говорят на разных языках, придерживаются разных религиозных течений. Кланы, которые там властвуют, не очень любят друг друга. Однако, на фоне нестабильности на Ближнем Востоке возникают стремления тех же турецких курдов к усилению своей борьбы за независимость. Возникает фактически гражданская война: там ежедневно проводятся боевые операции с применением армии, на турецком юго-востоке действует запрет на вещание СМИ – там не все так хорошо. И вообще, видео и фото, которые просачиваются в Интернет, свидетельствуют о том, что там бои идут прямо на улицах. Сегодня мы имеем дело вот с такой Турцией, с огромным количеством внутренних противоречий, с очень жестко различающимися политическими взглядами населения и с проблемами этнического характера.

Досидит ли Эрдоган в такой ситуации до конца срока – зависит от многих причин. От внутренней обстановки и от внешней ситуации. Если мы берем внешнюю ситуацию, то важно, рискнет ли он, несмотря ни на что, воздействовать на положение в Сирии. Рискнет ли Турция перейти границу в ближайшие дни, или откажется от этой идеи. Но это будет зависеть от того, какую позицию займут США, потому что американцы на старте прихода Эрдогана к власти были в нем очень заинтересованы. Несмотря на приверженность исламистским взглядам, он был подконтрольным исламистом. Потом он стал играть все более и более самостоятельную роль, и вот это американцам уже не нравится.

Поэтому, внешние факторы, в том числе и российских фактор, играет важную роль в плане судьбы Эрдогана.

Внутренние факторы – это и противостояние с курдами, и исламисты, которые есть в Турции. В отношении Эрдогана и его политики растет большое недовольство. Сегодня среди турецкого народа есть многие, кто боится выступить публично, но недоволен решением сбить российский самолет, пусть даже эти люди уверены, что он пересекал границу и находился на турецкой территории. Он пересек границу, но зачем его нужно было сбивать, если мы не находились в состоянии войны? Формально же мы находимся по одну сторону баррикад в борьбе с ИГИЛом. Другой вопрос, что это недовольство жестко подавляется: возбуждаются уголовные дела против журналистов, идет травля всякого инакомыслия в этом плане, и население запугано.

Перспективы повторения уже в Турции «арабской весны» существуют, их не стоит исключать. Но для этого должно возникнуть стечение целого ряда обстоятельств. За эти годы Эрдоган очень сильно укрепился у власти, его партия контролирует практически все, и в этой ситуации, несмотря на то, что даже в партии многие не согласны с политикой Эрдогана, я не думаю, что это будет достаточно легким путем. Но посылы к тому, что в Турции назревают протесты, можно проследить уже давно, и недовольство становится все более и более радикальным, особенно в связи с этническими меньшинствами, которых в Турции де-юре нет. Турция считает, что все, кто проживает в Турции – это турки. Если эта маргинализация, пришедшая на Ближний Восток с «арабской весной», продолжит перекидываться на Турцию, то дай Бог, чтобы она переросла во что-то, что позволит нам иметь под боком стабильную, адекватную, лояльную к нам Турцию. По крайней мере, с таким руководством, которое не будет совершать непродуманных шагов и стратегических ошибок.

Кардинально повлиять на ситуацию вокруг российско-турецких отношений способна только смена власти в Анкаре. При этом, в современной Турции нет очевидной политической силы, которая может быть альтернативой нынешнему режиму. А значит Москве так или иначе придется иметь дело с нынешним руководством страны. Об этом читателям нашего портала рассказал директор Фонда социальной поддержки МГИМО-Университета, профессор кафедры востоковедения Сергей Дружиловский:

— Все дело в том, что особо не с кем в Турции иметь дело. Курды, националисты, народно-республиканская партия – все это такие «не подарки», что с ними не о чем даже говорить. Придется общаться с властями, вопрос только в том, когда и в связи с чем можно начать контакты. Я думаю, что поводом станет сирийское урегулирование. Мы сядем за стол переговоров, потому что деваться некуда.

Они (турецкие власти – прим. ред.) должны пойти нам навстречу в сирийском урегулировании. А они это сделают, потому что им выкрутят руки, потому что американцы с нами уже договорились, значит, они своих союзников привяжут к этому процессу. Потому что ситуация странная: мы со Штатами договорились, а там остальные вроде, как хотите. На самом деле, договорились в таком ключе, что мы сказали: своих союзников мы обуздаем, Башару Асаду все объясним, и США, будьте добры, объясните туркам, как себя вести в условиях этого регулирования. И тогда этот процесс пойдет. Я не говорю, что он точно пойдет, но может пойти, или же опять начнется период застоя. Но другого пути у нас нет, урегулирование придется осуществлять с действующим руководством в Анкаре.

За наш сбитый самолет Эрдоган может не извиниться, но он может пойти навстречу нашей политике в Сирии, по каким-то другим вопросам. По крымскому вопросу будут своеобразные извинения, не напрямую. Ведь по большому счету, выразить это словами – означает потерять лицо: не будут они извиняться, ни в Турции, ни в Иране, ни в Египте – это восточные люди, они не могут потерять лицо, они лучше уйдут из политики. Мы должны понимать тех, кто принимает решение. А вот принести извинения действием – вот это другое дело, но пока такого нет. Оснований много – и в экономике, и по крымскому вопросу, и в вопросе отношения к нашим тюрским анклавам в России – много вопросов, на которые они пытаются влиять, и если они проявят лояльность, и покажут, что таким образом готовы извиниться, то мы найдем основания предложить попробовать поработать еще раз.

А кто может прийти на смену Эрдогану, я не знаю. В Турции нет партий, там есть партийные лидеры, это восточный тип партий с харизматичными лидерами. Если он есть – партия работает, а если нет – партия умирает.

Смена руководства Турции может произойти в ближайшее время. Однако в целом будущее страны оптимизма не вызывает. Из-за внутренних противоречий там не стоит исключать никакие сценарии, вплоть до распада государства. Такое мнение «Политаналитике» высказал директор Общественного института политических и социальных исследований Черноморско-Каспийского региона Виктор Надеин-Раевский:

— Я думаю, что с точки зрения России отношения с Турцией бесперспективные. Нас ждет заморозка в отношениях с Анкарой, причем, до того момента, пока там не сменится власть. Возможно, это произойдет на следующих выборах, потому что уж больно много провалов руководство Турции допустило за последнее время.

Возможен даже распад страны. Участились межнациональные конфликты, так что пока все именно к этому и идет. Кризис государственности, никуда не денешься. Вот в чем беда.

politanalitika.ru


Понравилась запись? Расскажите друзьям:

продажа квартир в Краснодаре от застройщика