Корейский полуостров: война из-за кролика?

kndr 111015В предыдущих статьях автор несколько раз упоминал вынесенное в заголовок выражение «война из-за кролика». Сегодня, на фоне очередной волатильности межкорейских отношений мы попытаемся более подробно объяснить его значение. Однако вначале обратим внимание на предпосылки подобной ситуации, связанные с тем, как возрастает взаимная демонизация и накрутка сторон.

Происходит очень неприятный процесс, который можно свести к нескольким факторам.

Во-первых, демонизация радикально снижает возможности для восстановления диалога. Это же представители ЗЛ А, какие могут быть с ними переговоры, какая взаимная информированност ь, какие «горячие линии»? В результате те конфликты, которые в нормальной ситуации могут быть улажены благодаря подобным механизмам перед тем, как разгореться, в новой обстановке не могут быть предотвращены на этапе, когда их разрастание не выйдет за рамки.

Во-вторых, демонизация влечет за собой искажение реальности, которое идет по нескольким направлением. Первое направление связано с тем, что любые действия другой стороны будут трактоваться максимально превратно, и исходя из того, что на «той» стороне – кровожадные негодяи, желающие нам зла. Соответственно, любая подобная активность будет восприниматься как подготовка к провокации или уже как провокация.

Одновременно с этим аналитика и экспертиза, по сути, подменяются еще одной разновидностью пропаганды. В тренде будут не те, кто пытается донести реальное положение дел, а те, кто транслируют «приятный» дискурс. И в результате мы наблюдаем явление, когда люди сначала придумывают некий пропагандистский конструкт, а потом верят в него как в святую правду. И выкорчевать их из массового сознания оказывается чрезвычайно тяжело.

Затем, демонизация ведет к взаимному накручиванию, и это накручивание имеет тоже два следствия. Во-первых, обе стороны берут на вооружение концепцию диспропорциональ ного ответа: на вражеские провокации ответим стократно мощнее. При этом подразумевается, что в условиях «военной тревоги» на любое подозрительное шевеление в кустах мы сначала стреляем, а потом разбираемся.

Во-вторых, подобное накручивание создает обстановку стресса, который очень сильно давит на участников конфликта, особенно – его низший эшелон, что также повышает вероятность того, что реакция на какие-то непонятные или необычные события может оказаться заведомо неадекватной.

В результате существенно повышается вероятность конфликта по пустяковой или выдуманной причине, которая часто называется «войной из-за кролика».

Представим себе следующую гипотетическую ситуацию. Демилитаризованн ая зона и шевелящийся в кустах на ее территории кролик. По обе стороны от кролика находятся военные, которые уже давно находятся на нервах, подсознательно ждут вражеских провокаций и желают наконец-то поквитаться с негодяями на той стороне.

У одной из сторон (неважно, какой) сдают нервы, и, решив, что шевеление в кустах — это не кролик, а крадущиеся диверсанты, она начинает стрелять в ту сторону. Другая сторона, услышав сам факт стрельбы с той стороны, радостно начинает активно палить в ответ, одновременно отзвонившись наверх, что совершена провокация и мы, согласно инструкции, ответили десятикратно.

В ответ уже та сторона, которая стреляла по кролику и, неожиданно для себя, получила ответный огонь, также отвечает десятикратно, известив уже свое начальство о том, что их совершенно внезапно и беспричинно обстреляли, после чего наносит свой сокрушительный ответный удар. В результате каждая из сторон начинает активно продвигать версию, согласно которой именно она подверглась беспричинной атаке. К этому подключаются ретивые военные: «Ну дайте же, наконец, нам шанс показать этим негодяям, где раки зимуют!», а также политики: «В этот раз мы не можем спустить все на тормозах и утереться! Мы не можем прослыть слабаками, что мы скажем общественному мнению!». При этом возможностей выяснить с чего действительно все началось, нет. Да, собственно, никому особенно и не нужно. Потому что «ястребы», наконец, нашли вожделенный повод.

При этом представление и о политической ситуации в стане противника, и о его военной мощи может быть существенно искажено. Идеологические «шоры на глазах» очень активно слепят, и в результате мы можем столкнуться с очень неприятной ситуацией. Скажем, в представлениях Юга о Севере «безумный кровавый режим» находится на грани коллапса и действительно собирается напасть на беззащитный Юг, при этом в стране действует христианское сопротивление, и вот-вот начнутся массовые протесты на фоне которых действия южнокорейских или американских коммандос по ликвидации ядерных объектов или высшего руководства страны будут пользоваться народной поддержкой или, во всяком случае, напоминать сюжет корейского боевика. А на Севере кто-то может верить не только в парадные отчеты о несокрушимости КНА, но и в то, что марионеточный режим шатается и вот-вот рухнет, а хваленая армия США – трусливые вояки, неспособные воевать без теплого туалета и поставок мороженого. Отчего и та и другая сторона будет готовиться к конфликту не с реальным Севером или Югом, а с его искажением из «мультяшной/проп агандистской реальности».

Вот вполне реалистичный, на взгляд автора, вариант начала конфликта. И заметим, что восстановить картину будет очень тяжело. Потому что на каком-то этапе объем нанесенного друг другу урона будет уже таков, что отыграть назад со словами «случилось недоразумение» значит «потерять лицо». А значит, уже никто не будет интересоваться, кто первый и по какой причине открыл огонь. В историю войдет версия победителя.

Аудитория могла обратить внимание, что автор уже не первый раз говорит об опасности «иррациональных факторов» и роли случая, которая гораздо серьезнее, чем кажется на первый взгляд. Именно потому, что массовое сознание воспринимает политику не как хаос, а как порядок, когда все решения наверняка заранее спланированы и принимаются с долгоиграющими политическими целями. И если что-то кажется непонятным, то в этом предпочтут увидеть «многоходовую комбинацию». В этом контексте даже описанную выше войну из-за кролика будут интерпретировать как разработанный на самом верху план провокации и, на самом деле, именно этим иррациональный фактор и страшен. Оттого и напоминаем об этой неочевидной угрозе при каждом удобном случае.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».

ru.journal-neo.org


Понравилась запись? Расскажите друзьям:

продажа квартир в Краснодаре от застройщика